Новый привет от Европейского суда по правам человека в адрес новгородского правосудия: казна России «наказана» на 2500 евро. Вы забыли о громком деле старорусских стоматологов? А зря!

Если кто уже и правда забыл, напомню, что конец 2015-го (!) года ознаменовался бравурными отчётами (и по местным ТВ-каналам – тоже) наших господ правоохранителей, посвящёнными «факту выявления» в стоматологической клинике Старой Руссы дерзких расхитителей средств Фонда обязательного медицинского страхования (ОМС).

Назывались две фамилии: главного врача Ольги Переверы и её заместителя Татьяны Степановой. Инкриминировалось же им то, что врачи вносили в медицинские карты и иные документы фиктивные данные о бесплатных медицинских услугах, которые на самом деле вовсе и не оказывались. Впоследствии стоимость услуг возмещали страховые компании, входящие в систему ОМС. Говорилось, что ущерб составил около 400 тысяч рублей.

Действия стоматологов квалифицировались по ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество), впоследствии были переквалифицированы на ч. 3 ст. 159.5 УК РФ (мошенничество в сфере страхования).

Шума вокруг истории было много. Получилась она яркой, броской, обсуждаемой. Симпатии между тем разделились уже тогда. На фоне громких официальных отчётов появилась и информация о том, что жители Старой Руссы отправляют в высокие инстанции письма на предмет того, что, возможно, уголовное дело «организовано» кем-то из завистников, а врачи характеризовались с самой лучшей страны. Население просило хотя бы изменить меру пресечения с домашнего ареста на подписку о невыезде, – это дало бы возможность врачам выполнять свою работу, будучи и под следствием.

Вместо этого Татьяне Степановой изменили меру пресечения на реальный арест – в следственном изоляторе. Были, говорили, причины.

По истечении трёх с половиной месяцев, однако, из СИЗО врача выпустили и вновь поместили под домашний арест (впоследствии мера пресечения была-таки изменена на подписку о невыезде).

Весь ажиотаж вокруг этого дела приходится на конец 2015-го – начало 2016-го годов. А потом, поскольку в суд дело так и не направили, о нём медленно, но верно стали забывать.

Что с ним ныне – вопрос. Следствие вроде бы окончили ещё осенью прошлого года. Но в суде дела нет и по сию пору.

А поскольку на «нет» и суда нет, более о сути самого дела сказать нечего.

* * *

Повод вернуться к этой истории пока совсем иной.

Практически одновременно с избранием меры пресечения – в 2015 году то есть – следователь обратилась в суд с ходатайством об аресте имущества одной из «фигуранток» – Степановой – под благовидным предлогом, который в переводе с русского юридического на русский гражданский звучит так: а давайте-ка арестуем у неё что-нибудь этакое, например, дом с земельным участком да счета в банке, чтобы, когда вину докажем (а докажем обязательно!), было из чего гасить долг перед фондом ОМС!

Судья Старорусского районного суда Ирина Шеремета подумала и согласилась: а давайте! И наложила арест: но не на банковские счета, а на дом с земельным участком. И не задумалась при том, что ущерб, уже насчитанный следствием, составлял около 400 тысяч рублей (грубая арифметика подсказывает, что при наличии двух «фигурантов» сумма ущерба, инкриминируемого одному, должна составить около 200 тысяч). А стоимость дома с участком – много-много выше (впоследствии она была определена в 3 миллиона 100 тысяч рублей).

Получается: чтобы гарантировать «отдачу» 200 тысяч, на торг готовы были выставить имущество, стоимость которого превышает ту сумму в 15 раз. Очень интересная арифметика!

Решение районного суда Татьяна Степанова обжаловала в Новгородский областной суд. Всё нормально! – сказали там.

Постановление об аресте имущества вступило в законную силу.

Женщина подала надзорную жалобу, адресованную в президиум Новгородского областного суда. Отмечала, кстати, ещё и то, что арест имущества осуществлён в интересах фонда ОМС – для обеспечения гражданского иска. Но иска-то – нет!

И что? Разобрался судья областного суда так: «Конфискация имущества является мерой предотвращения и сохранения имущества, поэтому при определении вреда, причинённого преступлением, наличие гражданского иска (…) не является обязательным». В передаче дела на рассмотрение президиума суда было отказано.

Всё! – сказали Степановой.

* * *

Не всё! – сказала Степанова. И продолжила борьбу за свои права. Пройдя все российские инстанции, обратилась в Страсбург – в Европейский суд по правам человека.

И там жалоба была признана приемлемой.

Теперь интересы Татьяны Степановой представлял адвокат Константин Пакин (на снимке), на счету которого уже было шесть страсбургских побед (о некоторых из них здесь, здесь и здесь).

– В жалобе, – говорит он, – совершенно справедливо указывалось на несколько моментов. Во-первых, конечно, явная несоразмерность стоимости арестованного имущества и возможного размера гражданского иска (даже с учётом возможного, согласно санкции статьи, штрафа, который не может превышать 500 тысяч рублей). Во-вторых, моя доверительница не была извещена и потому не присутствовала на разрешении ходатайства следствия в Старорусском районном суде, где могла бы представить свои доводы. В-третьих, при ходатайстве следователя об аресте дома и участка не была представлена оценка его стоимости. И, наконец, в-четвёртых… Вопрос риторический: почему вдруг суд принял решение об аресте дома и участка, хотя была возможность наложить арест на банковские счета, которые могли бы дать те же самые гарантии «погашения» теоретического гражданского иска при соответствии суммы арестованных денег сумме ущерба, вменяемого Степановой? При этом, кстати, не возникла бы в будущем необходимость усложнять жизнь выставлением имущества на торги.

Последний довод адвоката предполагает и неожиданные объяснения, о которых каждый может догадаться сам.

В так называемый «подготовительный период» (то есть до вынесения решения Страсбургским судом) между адвокатом Пакиным и представителем интересов России в ЕСПЧ г-ном Гальпериным состоялась любопытный эпистолярный диалог, в ходе которого выяснилось, что правительство РФ «одобряет выводы, сделанные национальными судами в отношении обоснования ареста». Что касается причин, по которым аресту подверглись не банковские счета Степановой, а недвижимость, официальная версия такая: «она никогда не предлагала заменить изъятие её недвижимого имущества арестом её счетов и не представляла информацию» о суммах на этих счетах. Последним аргументом представителя России было то, что «за время пути» собака определённо «подросла»: если на начальном этапе следствия коллегам-стоматологам вменялась сумма в 396 422 рубля, то потом она увеличилась до 408 735 рублей. Почувствуйте разницу!

* * *

ЕСПЧ, однако, никакой разницы в 12 тысяч рублей не почувствовал. И согласился с позицией адвоката и заявительницы, которая изначально жаловалась на то, что «мера конфискации её имущества была произвольной и заставила нести несоразмерное бремя» в нарушение ст. 1 протокола № 1 к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод». А она гласит:

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишён своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права».

ЕСПЧ принял во внимание и внутренние российские нормы. В частности, решения Конституционного суда РФ, согласно которым «любое вмешательство властей в право частной собственности не должно быть произвольным, оно должно уважать баланс между требованиями общества и уважением основных прав человека, должно быть соразмерным преследуемой цели».

Решением Европейского суда по правам человека в пользу Татьяны Степановой с казны РФ взыскано 2 000 евро за моральный ущерб и 500 евро «на покрытие материальных расходов».

Решение ЕСПЧ обжалованию не подлежит. Только исполнению!

А какова дальнейшая судьба арестованного дома и участка? Как пояснил адвокат Пакин, в соответствии с законом в этом случае инициатива отмены старорусского постановления об аресте имущества («по вновь открывшимся обстоятельствам») будет исходить от председателя Верховного суда РФ Вячеслава Лебедева.

Кстати, это уже второе дело, «прошедшее» через ЕСПЧ, которое имеет точкой отправления Старорусский районный суд.

Фото автора.