О боге Кузе, батюшке Махаджадарасте, косметике «Амвэй» и вещах пострашнее

Поводом для нашей встречи с участниками новгородского проекта «Гнев» Александром Чаусовым, Алексеем Громским и Виталием Васильевым стала поездка в Подольск. Там в середине сентября состоялся международный правозащитный форум, посвященный противодействию тоталитарным сектам.

Новгородцы не были пассивными слушателями лекций: они активно делились своим опытом, а Александр Чаусов и сам провел мастер-класс по теме «Гражданская журналистика»:

- «Гражданской журналистикой» мой мастер-класс назвали организаторы. А на самом деле я рассказывал о том, как с помощью масс-медиа технологий противодействовать сектам и всячески осложнять им жизнь, - говорит он.

Наша беседао сектах, в том числе и тех, что пустили корни в новгородской земле, началась с разговора о форуме (про форум тоже интересно, не пролистывайте вниз).

Кстати, на наивный вопрос, чем опасны секты, Чаусов ответил кратко: секты опасны тем, что они вытягивают из граждан все деньги и ломают людям психику. часто с летальным исходом.

А в Подольске был поднят самый широкий спектр проблем: это основы правовых навыков противодействия тоталитарным культам, методы внедрения в подобные организации и поиска информации о них, реабилитация жертв сект. На встречу съехалось более 200 человек, в основном – молодые сектоведы.

Одним из самых ярких событий форума стало выступление Джерри Армстронга – «несчастного человека, который когда-то был правой рукой главы церкви сайентологии Рона Хаббарда».

- Когда господин Армстронг составлял биографию Хаббарда, - рассказывает Александр Чаусов, - он столкнулся с огромным количеством внутренних документов и понял: то, что его просят написать – не соответствует действительности. Он вышел из секты. Против него тут же началась травля, которая дошла до того, что он без 5 минут политзаключенный в Америке. Сейчас Армстронг живет в Канаде. Если он въедет в США, то сразу поедет куда-нибудь ближе к Гуантанамо.

Алексей Громский: Гражданам США запрещено с ним общаться.

Александр Чаусов: Свою дальнейшую жизнь он посвятил борьбе с сайентологией. На форуме в Подольске его лекция собрала аншлаг: он рассказывал, как сайентологи поступают с неугодными. По сути, это тоталитарная транснациональная корпорация, которая маскируется, когда ей выгодно, под религиозное объединение, когда выгодно - под объединение псевдопсихологов. С неугодными там проводят «честную игру» - комплекс мероприятий. Например, против такого человека правомочны и этичны любые методы, чуть ли не вплоть до физического устранения.

Алексей Громский: Он также рассказал о том, что спецслужбы США пользуются информацией, которую собирают сайентологи по всему миру.

Ольга Лаврова: В Новгороде ведь до сих пор распространяются листовки с рекламой дианетики?

Александр Чаусов: Распространяются, но ситуация в Новгороде с сайентологами более-менее в порядке, здесь у них очень небольшая община. Они снимают помещение под конкретные мероприятия, где-то в заводских районах улицы Германа. Но это не значит, что когда-нибудь сюда не придет финансовый транш, от которого они могут заколоситься.

Ольга Лаврова: О каких еще организациях, помимо сайентологов, шла речь?

Александр Чаусов: Говорили обо всех псевдорелигиозных направлениях. Это и оккультные организации, и ньюэйджеры, и псевдоправославные секты. Это и целители, которые в массе своей не целители, а совсем наоборот, и псевдопсихологические тренинги, которые часто у нас проводятся.

Алексей Громский: Это так называемые психокульты. Сейчас их активность в России растет. Это одна из наиболее актуальных проблем.

Ольга Лаврова: Помимо Армстронга, кто из интересных спикеров был приглашен на форум?

Алексей Громский: Можно было пообщаться и с другими людьми, вышедшими из сект. В том числе, из психокультов - таких вот групп, которые маскируются под тренинги. Рассказывали страшные вещи. Участники тренинга на каком-то этапе находятся в полном подчинении у человека, который их ведет. Одна из жертв рассказала о том, как подверглась групповому сексуальному насилию. Поняв, что это психокульт, она стала открыто говорить, что происходящее в организации – неправильно.

Тогда руководитель сказал участникам тренинга: знаете, почему она такая негативная? Наверное, ей не хватает секса, давайте ей его дадим! С женщины сорвали одежду. Жертва чудом выбралась оттуда.

Ольга Лаврова: Жуткие вещи рассказываете. Но вот поясните мне: мастер-класс это ведь практика. Вас учили на практике бороться с сектами? Каким образом?

Виталий Васильев: Были созданы модели тоталитарных сект - рабочие группы воспроизводили деятельность узнаваемых сект и вели вербовку среди участников форума. Собирали пожертвования игровыми деньгами. А остальные участники форума должны были воздействовать на культ, чтобы он прекратил свою деструктивную деятельность. Воздействия – от написания обращений в эпидемстанцию и пожарную охрану до прямых разговоров, убеждения, попыток вывода человека из культа. Там работали гадалка, один из восточно-эзотерических культов и псевдоправославная группа. Для молодежи было чем заняться и на чем наточить свои практические навыки.

Александр Чаусов: Люди в оранжевых сари, очень похожие на кришнаитов, всем предлагали свои псевдокришнаитские апельсинчики за игровые деньги. Но и помимо этих тренажеров была и обширная лекционная программа.

Алексей Громский: Там были лучшие юристы. Они учили нас тонкостям подачи заявлений и общения с правоохранительными органами. Например, что делать, когда следователь, который должен принять заявление от жертвы или правозащитной группы, сам в этой секте состоит. Есть успешные технологии, как одержать победу в той или иной ситуации.

А еще был интересный мастер-класс у психолога, крупнейшего в России специалиста по военной психологии, который занимается экспертизой для правоохранительных органов. Он определяет, какое воздействие тот или иной текст или выступление лидера секты производит на психику человека. Так вот, он четко сказал, что сектантская литература создается по законам психологического оружия. Фактически, ту или иную сектантскую книгу можно сравнить с психологическим автоматом Калашникова.

Александр Чаусов: Еще один неплохой практический результат форума в том, что сейчас составляется новый список тоталитарных культов. За последние годы их много возникло и больших, и маленьких. Да и уже известные меняют названия, формы вербовки, агитации. Возникают новые кружки по нездоровым интересам. Новгородская делегация уже направила свое дополнение в список структур, называть их не будем – готовим для них сюрприз. Он будет подробно рассматриваться на уровне Европы правозащитниками, специалистами в этом направлении. Впоследствии он пойдет в российские и европейские госинстанции хотя бы в порядке ознакомления. А может быть, ряд этих структур удастся ограничить в действиях законодательно на государственном уровне.

Ольга Лаврова: Я вот листаю вашу книгу и вижу названия, связанные с воспитанием – вальфдорская педагогика, например. Рассматривался ли на форуме вопрос, связанный с внедрением сект в систему образования?

Мне интересен этот вопрос еще и потому, что я наконец-то сама столкнулась с учебниками из программы «Школа-2100» и пребываю в ужасе. К примеру, не могу никак забыть вопросы для первоклашек о мальчике, расстрелявшем свои игрушки. «Кого он убил первым? Кого вторым?» Разве нормальный человек будет давать такие задания малышам?

Александр Чаусов: Понятно, что такое проникновение есть. Понятно, что ведется очень сложный диалог с министерством образования. Но, как мы все понимаем, наше министерство образования и раньше не отличалось, скажем мягко, умом и сообразительностью, а сейчас при его новом руководителе проникновение сектантских организаций в школы – одна из наименьших проблем, связанных с минобрнауки.

Виталий Васильев: На форуме распространялась книга о внедрении сайентологии в образование.

Александр Чаусов: Но все же у нас не ад кромешный. Потому что впереди планеты всей - Украина. Какая там вальфдорская педагогика, какая валеология, там сайентологи преподают в государственных школах. Детскую дианетику! Вот это уже финиш! Естественно, у нас идет диалог с госстуктурами, с министерством образования. А принятие на российском и европейском уровне этого списка позволит прийти в школу и сказать – ребята, вот у вас работает эта структура, а она является тоталитарной сектой. Давайте прекращать это безобразие.

Алексей Громский: Надо понимать, что перед включением в список материалы этих организаций проходят серьезную экспертизу. Поэтому журналисту можно спокойно писать, что по итогам такой-то конференции вальфдорская педагогика признана сектантской технологией.

Александр Чаусов: И его уже не привлекут за клевету и распространение порочащей информации. Работа в этой сфере сопряжена с определенными рисками. Тоталитарные секты не любят, когда их критикуют. Обращаются в суд, в прокуратуру, устраивают прочие мероприятия, даже незаконного характера. Так что этот список – подспорье.

Ольга Лаврова: Действительно, вам не страшно открыто говорить о сектах и бороться с ними, раз у этих ребят есть столько возможностей для ответного удара?

Алексей Громский: Отвечу вопросом на вопрос. Вот вы, Ольга, журналист, пишете проблемные статьи. Вам не страшно? Такие вопросы можно задать и полицейскому, и пожарному, и врачу, и общественному активисту. Но в России, все-таки, имеет место быть система законодательства, ориентированная на защиту гражданских прав, правоохранительные органы в большей или меньшей степени работают. И к гражданской активности всех нас призывают. Пассивность, «самоконсервирование» в закрытых организациях, ведущая к атрофии совести, атомизации общества, одна из тех угроз, что несут тоталитарные секты, кстати говоря.

Ольга Лаврова: Позвольте узнать, что делает в вашем списке косметическая компания Amway?

Алексей Громский: В частности, профессор Дэвид Бромли, американский специалист по религиям и сектам, определяет эту организацию как «квазирелигиозную корпорацию». То есть, организацию, проповедующую «идеологию трансформации жизни и поддерживающие эту идеологию ритуалы» (название «Амвэй» переводится как «американский путь» - в значении жизненный путь).

Также зарегистрировано системное приписывание продуктам «Амвэй» свойств, которыми они не обладают, «чудесных» свойств, а участию в распространении «Амвэй» - несуществующей «чудесной» доходности. Сокрытие достоверной информации (касающейся гражданских прав, денег, здоровья) на этапе вступления в организацию - первый признак секты.

Ольга Лаврова: C косметикой ясно. И еще вопрос – оранжевые сари, мальчики в костюмах с бейджами, белое братство – это любой поймет. А как отличить пседоправославную секту? Ведь и многие люди, считающие себя православными, не знают, что такое «Символ веры», что уж говорить о тонкостях!

Александр Чаусов: Псевдоправославные секты – это структуры, которые без подробного рассмотрения выглядят как представители РПЦ. Хотя таковыми не являются. Последняя звезда на этой ниве – адепты бога Кузи. Секта бога Кузи – звучит смешно. А на самом деле они совсем не смешные. Этот веселый дядька сначала самопровозгласил себя священником, стал одеваться, как православный священник, потом объявил себя епископом, потом патриархом.

Потом он понял, что и этого мало, и провозгласил себя богом. При этом выбрал себе новое имя – Кузьма. Методика в чем: милые женщины в платочках ездят по православных ярмаркам. И выставляют в палатке ценники на кучу молбенов. Вот на что стоит обратить внимание. Если есть какой-то зубодробительный молебен. Например, об освящении заднего колеса машины.

Ольга Лаврова: Ну, если мы вспомним прошлогоднюю выставку «Православная Русь», то там меня тоже объявления на лавках удивляли. Вроде того, что заплатите – мы помолимся и решим ваш квартирный вопрос.

Александр Чаусов: Это - бытовое язычество. Почему у нас на православных выставках происходит трэш и угар? Потому что как таковых вменяемых контролирующих структур нет. Со стороны епархии пришли, освятили, благословили и ушли. Для организаторов, которые сдают помещение, не главное, чтобы все было канонично. Главное – денег заработать. Поэтому кто там проникает…

Так вот, эти милые барышни, последовательницы Кузи, просят пожертвовать на некий храм, на строительство или ремонт. При этом не называют никаких координат настоятеля. Вот уперлись они бараньим рогом – не дадим координат – надо насторожиться.

Чем меньше вам выдают информации, тем больше шансов, что это не православные ребята. Гуглите, проверяйте, если у вас что-то вызывает малейшее подозрение.

Виталий Васильев: Еще добавлю, как отличить псевдоправославных. У всех, собирающих пожертвования, должно быть официальное разрешение епископа с подписью и печатью. Если нет такого документа – сбор незаконный. И подавать им не нужно.

Александр Чаусов: Лучше подавать на них.

Виталий Васильев: А еще можно спросить про их отношение к Патриарху Кириллу. Если они начинают что-то шипеть, стиснув зубы, то, скорее всего, это псевдоправославные, находящиеся в расколе, либо мимикрирующие, либо уже готовые выйти.

Александр Чаусов: Да, лакмусовая бумажка – отношение к Патриарху, затем – посещение храмов, отношение к обычным храмам и вопрос – об уникальных встречах «только для своих».

Алексей Громский: Ну и какие-то внешние атрибуты. Например, адепты бога Кузи не дают себя фотографировать. Хотя у фотографа было разрешение организатора выставки, они прятались от объектива.

А еще следует помнить, что тоталитарные секты стремятся к двум-трем вещам – а во что они одеты – в оранжевое сари или рясу священника – неважно. Важно, что их цель – поработить человека, выкачать из него деньги, заставить работать над себя, а в идеале – власть на каком-то уровне. Они активно проникают в государственные структуры. Помните, у нас в администрации области висели дипломы о прохождении курсов сайентологии?

Александр Чаусов: А сейчас есть Светлана Пеунова, у которой своя партия, а параллельно - академия магии, колдовства, биоэнергетики человека… точно не вспомню название. Это ведь тоже оккультная секта. Есть «Звенящие кедры России», которым уже лет семь мешают создать партию дикие внутренние конфликты. Если отслеживать пути финансирования и пути лоббирования интересов, то часто можно увидеть, что иностранные государственные структуры заинтересованы в том, чтобы на территории России и других государств определенные религиозные структуры полумаргинального и маргинального толка активно действовали и развивались.

Алексей Громский: Ну, вот те же сайентологи, раз уж о них столько порассказал Джерри Армстронг. Они выспрашивают всю подноготную у людей, чтобы оказывать на них психологическое давление.

Армстронга спросили о Томе Крузе - он прекрасный актер и в то же время сайентолог. На что Армстронг ответил четко – значит, на него что-то есть. Церковь сайентологии собирает информацию о людях широким и частным гребнем. Все анализируется и передается, в том числе, спецслужбам. Такой договор, между сайентологами и ЦРУ, по информации Армстронга, был заключен. Если раньше был такой период, когда тот же Хаббард плавал в нейтральных водах, потому что его разыскивали буквально все, то сейчас он спокойно функционирует на территории США, зато Армстронг - не въездной. Понятно, что это результаты взаимодействия сайентологов и спецслужб.

Александр Чаусов:

У них есть так называемые трудовые лагеря, вполне законодательно разрешенные. Если вы не понравились руководителю сайентологов, вас туда могут упаковать на несколько лет в робу, за колючку и будете там пахать за баланду и кружку воды. Это у них такая трудотерапия.

Виталий Васильев: Сайентология объявлена религиозной практикой, поэтому никакие госорганы не имеют права вмешиваться. А частью практики может быть, например, принудительный аборт. Как сказал Джерри Армстронг, сайентология – это единственная организация, которая имеет права государственной религии на территории США. И даже более широкие права. Хотя согласно первой поправке к американской Конституции, таких преференций быть не должно.

Александр Чаусов: Но про сайентологов все знают. А есть, например, так называемая церковь Иисуса Христа святых последних дней (у нас - церковь... святых последних дней в России...) – это мормоны. Милые мальчики лет восемндацати ходят по улицам с бейджами и разговаривают о боге. Бесплатно учат английскому языку всех желающих.

Но при этом в те же 90-ые годы старейшины мормонов не раз и не два были пойманы рядом с территориями секретных военных российских объектов с фотоаппаратами в руках. Говорили, что заблудились. Где заканчивается религия и начинается политика и информационная война?

Возьмем Великий Новгород. Мормоны сейчас переезжают в очередной раз в новый офис по адресу - Людгоща 6/13. Через дорогу – областная администрация, рядом школа, Ростелеком, а также рядом УВД и так далее. Тут такое поле для прослушки и просмотра.

Речь идет об интересах государственной безопасности. А ведь им наши законы не писаны. Законно то, что говорит гуру. Конституцию России и Уголовный Кодекс придумал не их гуру.

Вот они туда, на Людогощу, потащили недавно нечто похожее на крещальную купель. В жилой дом. Это не очень правильно. А с виду милые молодые ребята.

Ольга Лаврова: Вот уже довольно долго в российских и новгородских школах идут уроки религиоведения. Возможно ли в рамках этого курса говорить об опасности сект?

Александр Чаусов: Об этом можно говорить даже в курсах ОБЖ как о хитром виде мошенничества. Ввести хотя бы два часа, чтобы рассказать о религиозной безопасности. Проводится кое-что, но очень нерегулярно. Пару лет назад в Боровичах я вел такой урок. Конечно, ведется разговор о том, чтобы поставить это на поток, но мы снова приходим к тому, что дай Бог умственного здоровья нашим чиновникам из министерства образования.

Алексей Громский: И Росздравнадзору дай Бог здоровья. Мы вот в рамках проекта «Гнев» сталкивались с отсутствием их реакции на визиты массовых гипнотизеров.

Ольга Лаврова: К нам всем домой приходят газеты с рекламой – «Вечевой центр», «Новгородская ярмарка» и т. д. И ведь в каждой какая-нибудь ведьма, ясновидящая, матушка. Но ведь даже на объявлениях известных медицинских центров, стоматологий, мы видим подписи о лицензиях, о том, что существуют противопоказания. Почему же закон не распространяется на такие объявления знахарей?

Алексей Громский: Существует Росздравназдор. В него можно обратиться с просьбой о проверке. Она же обещает исцеление.

Александр Чаусов: Мы писали такие заявления, и они уходят в черную дыру. Там сидят три с половиной человека. И вот получают они такую телегу с просьбой проверить какую-нить матушку Фотинью и батюшку Махаджадараста. И у бедных женщин волосы дыбом. А рекламным отделам газет нужно зарабатывать.

Ольга Лаврова: Значит, это остается на совести редакции.

Алексей Чаусов: Получается, что так. Ну и завершая и подытоживая наш разговор, хочу сказать: я рад, что ряды новгородских сектоведов растут. Сейчас у нас появился и прекрасный психолог. А ведь деятельность то это общественная, себе в убыток – и в финансовом плане, и в плане нервов. Но мы делаем это ради чего-то правильного и адекватного.

Фото: Татьяна Яковенко, Миссионерский отдел Московской епархии, просторы интернета